Episode 11 – L’étoile bleue

11. Suspendu dans le vide
Худо́жник / Illustration : Неизве́стный / Inconnu

Си́няя звезда́ – L’étoile bleue

Оди́ннадцатый эпизо́д - Еpisode onze

Она́ же сиде́ла, понево́ле не шевеля́сь, не выпу́ская его́ из объя́тий и не сводя́ с его́ лица́ си́них звёзд, свои́х глаз. И та́йно размышля́ла Э́рна:

«Он так же некраси́в, э́тот несча́стный пу́тник, как я, как и мой сла́вный пре́док Эрн Вели́кий. По-ви́димому, все мы тро́е лю́ди одно́й и той же осо́бой поро́ды, физи́ческое уро́дство кото́рой так ре́зко и невы́годно отлича́ется от класси́ческой красоты́ жи́телей Эрноте́рры. Но почему́ взгляд его́, обращённый ко мне, был так упои́тельно сла́док? Как жа́лки перед ним те уми́льные взгля́ды, кото́рые вчера́ броса́ли на́ши ю́ноши на де́вушек, танцу́я с ни́ми! Они́ бы́ли как мерца́ние све́чки сравните́льно с сия́нием горя́чего полу́денного со́лнца. И отчего́ же так бы́стро бежи́т кровь в мои́х жи́лах, отчего́ пыла́ют мои́ щёки и бьётся се́рдце, отчего́ дыха́ние моё так глубо́ко и ра́достно? Го́споди! э́то твоя́ во́ля, что со́здал ты меня́ некраси́вой, и я не ропщу́ на тебя́. Но для него́ одного́ я хоте́ла бы быть краси́вее всех деви́ц на све́те!»

Erna était assise là, sans pouvoir bouger, sans relâcher le jeune homme de son étreinte, sans détacher ses yeux bleus - bleus comme les étoiles du ciel - de ce nouveau visage. Secrètement, elle se dit :

"Ce malheureux voyageur… Il est tout aussi laid que moi… Comme il ressemble à mon glorieux ancêtre Ern le Grand ! Apparemment, tous trois sommes gens de même race : atteints d’une difformité physique si fortement et si désavantageusement différente de la beauté classique des habitants d'Ernoterra. Mais pourquoi son regard, lorsqu’il s’est tourné vers moi, était-il si doux ? Devant lui, quelle pitié que les yeux langoureux de nos jeunes hommes pour les demoiselles, lorsque, ensemble, ils dansaient hier ! Ce n’étaient que flammes vacillantes de chandelles comparé à l’éclat du chaud soleil de midi ! Et pourquoi le sang bat-il si vite dans mes veines ? Pourquoi mes joues sont-elles brûlantes ? Pourquoi mon cœur palpite et ma respiration est-elle aussi profonde et si pleine de joie ? Seigneur ! ce fut ta volonté de m’avoir fait si laide, et je ne me plains pas de toi. Mais pour lui seul, j'aimerais être la plus belle jeune fille du monde !"

Qutang, Paysage chinois 11, 2019
В э́то вре́мя наверху́ послы́шались голоса́. Корми́лица, пра́вда, неско́ро опра́вилась от оцепене́ния, в кото́рое её пове́рг вла́стный прика́з принце́ссы. Но едва́ опра́вившись, она́ то́тчас же устреми́лась вслед свое́й доро́гой до́чке. Уви́дев, как Э́рна спуска́лась прыжка́ми со скал, и услы́шав сто́ны, доноси́вшиеся из про́пасти, у́мная же́нщина сра́зу догада́лась, в чём де́ло и как на́до ей поступи́ть. Она́ верну́лась в дере́вню, всполоши́ла сосе́дей и вско́ре застави́ла их всех бежа́ть бего́м с шеста́ми, верёвками и ле́стницами к обры́ву. Путеше́ственник был бесчу́вственным невреди́мо извлечён из бе́здны, но, пре́жде чем выта́скивать принце́ссу, корми́лица спусти́ла ей вниз на бечёвке свои́ лу́чшие оде́жды. Пото́м чужо́й ю́ноша был по приказа́нию Э́рны отнесён во дворе́ц и помещён в са́мой лу́чшей ко́мнате.

Pendant ce temps, des voix se faisaient entendre plus haut. La nourrice, avait mis du temps pour surmonter la torpeur où l'ordre impérieux de la princesse l'avait plongée. Mais à peine remise, elle s’en était immédiatement allée à la recherche de sa chère enfant. L’ayant aperçue, alors qu’Erna dévalait la pente raide au secours des gémissements venus de l'abîme, la femme, l’esprit vif, avait immédiatement deviné ce qui se jouait et sut comment elle devait agir.

Elle était descendue au village où elle avait alarmé les voisins. Bientôt tous accoururent, armés de perches, de cordes et d’échelles. Le voyageur était toujours inconscient quand ils le tirèrent de l'abîme. Et, avant que d’aider la princesse à remonter, la nourrice, au bout d’une corde, lui fit passer un de ses plus beaux vêtements afin qu’Erna s’en couvrît. Ensuite, sous les ordres de la princesse, le jeune étranger fut porté jusqu’au palais et installé dans la meilleure des chambres.