-
Ilya Varchavsky – Homunculus
Homunculus Илья Варшавский - Ilya Varchavsky
Гому́нкулус (1965) HomunculusПе́рвый эпизо́д - Premier épisode
Я просну́лся от звонка́ телефо́на. На светя́щемся цифербла́те буди́льника часова́я стре́лка перешла́ за два часа́. Не понима́я, кто мо́жет звони́ть так по́здно, я снял тру́бку.
- Наконе́ц-то вы просну́лись! - услы́шал я взволно́ванный го́лос Смирно́ва. Прошу́ вас неме́дленно ко мне прие́хать!
- Что случи́лось?
- Произошло́ несча́стье. Сбежа́л Гому́нкулус. Он обурева́ем жа́ждой разруше́ния, и я бою́сь да́же поду́мать о том, что он спосо́бен натвори́ть в тако́м состоя́нии.
- Ведь я вам говори́л... - на́чал я, но в тру́бке послы́шались коро́ткие гудки́.
Ме́длить бы́ло нельзя́.
Гому́нкулус! Я дал ему́ э́то и́мя, когда́ у Смирно́ва то́лько зароди́лась иде́я созда́ния мы́слящего автома́та, облада́ющего свобо́дой во́ли. Он собира́лся примени́ть изобретённые им поро́говые молекуля́рные элеме́нты для модели́рования челове́ческого мо́зга.
Уже́ тогда́ бессмы́сленность э́той зате́и вы́звала у меня́ ре́зкий проте́ст. Я про́сто не понима́л, заче́м э́то ну́жно. Мне всегда́ каза́лось, что зада́чи киберне́тики должны́ ограни́чиваться си́нтезом автома́тов, облегча́ющих челове́ческий труд. Я не сомнева́лся в неограни́ченности возмо́жностей модели́рования живо́й приро́ды, но попы́тки созда́ния электро́нной моде́ли челове́ка представля́лись мне про́сто отврати́тельными. Открове́нно говоря́, меня́ пуга́́ла неизбе́жность конфли́кта ме́жду челове́ком и со́зданным им механи́ческим подо́бием самого́ себя́, подо́бием, лишённым каки́х бы то ни бы́ло челове́ческих черт, со свобо́дой во́ли, определя́емой не чу́вствами, а абстра́ктными, сухи́ми зако́нами математи́ческой ло́гики. Я был увере́н, что чем соверше́ннее бу́дет тако́й автома́т, тем бесчелове́чнее он поведёт себя́ в вы́боре средств для достиже́ния поста́вленной им це́ли.
Всё э́то я открове́нно вы́сказал тогда́ Смирно́ву.
- Вы тако́й же ханжа́, - ответи́л он, - как те, кто пыта́ется объяви́ть, что выра́щивание челове́ческих заро́дышей в ко́лбе противоре́чит элемента́рным но́рмам мора́ли. Учёный не мо́жет позво́лить себе́ ро́скошь быть сентимента́льным в таки́х вопро́сах.
- Когда́ выра́щивают челове́ческого эмбрио́на в ко́лбе, - возрази́л я, - для того́, что́бы испо́льзовать его́ тка́ни при опера́циях, тре́бующих переса́дки, то э́то де́лается в гума́нных це́лях и мора́льно опра́вдано. Но предста́вьте себе́, что кому́-нибу́дь пришло́ в го́лову, из любопы́тства, вы́растить в ко́лбе живо́го челове́ка. Таки́е попы́тки созда́ния но́вого Гому́нкулуса, по-мо́ему, столь же омерзи́тельны, как и мысль о выведе́нии гибри́да челове́ка с обезья́ной.
- Гому́нкулус! - захохота́л он. - Э́то то, чего́ мне не хвата́ло! Пожа́луй, я назову́ ро́бота Гому́нкулусом.
Je fus réveillé par la sonnerie du téléphone. Sur le cadran lumineux du réveil l'aiguille affichait deux heures du matin. Sans savoir qui pouvait m’appeler à une telle heure, je décrochai le combiné.
- Enfin, vous répondez ! C’était la voix de Smirnov. Il paraissait tout chamboulé. Je vous en prie, venez chez moi immédiatement !
- Qu’est-ce qui se passe ?
- Une catastrophe. Homunculus s'est échappé. Il a été pris d’une terrible soif de destruction, et j'ai peur à présent d’imaginer tout ce dont il est capable.
- Vous voyez bien, je vous avais dit que... Je n’avais pas terminé ma phrase que je n’entendis plus, au bout de ligne, que des bips, bips, bips...
Il n’y avait pas une minute à perdre.
Homunculus ! C’est moi qui lui avais trouvé ce nom. Smirnov venait alors d'avoir eu l'idée de créer un automate pensant doté d'un libre arbitre. Il comptait utiliser des structures moléculaires de son invention pour simuler dans une machine un cerveau humain.
Déjà, à ce moment-là, je m’étais élevé contre la folie de l’entreprise : je ne comprenais tout simplement pas son utilité. Il m'avait toujours paru que la cybernétique devait se limiter à la fabrication d'automates dans le seul but de faciliter le travail des hommes. Je ne doutais pas des possibilités illimitées qu’offraient la Nature et le règne du Vivant, mais, a contrario, l’idée de toute tentative de vouloir créer un ersatz électronique d’être humain me semblait tout simplement répugnante.
Pour parler franchement, j'étais effrayé par l'inévitable conflit qu’allait nécessairement engendrer la création d’une machine à l’image de l’Homme, une image qui, certes, lui ressemblerait mais serait dépourvue de toute humanité, et dont le libre arbitre serait déterminé non par des sentiments, mais par des règles logiques - celles, abstraites et sèches, des mathématiques. J'étais convaincu que plus un tel automate atteindrait la perfection, plus son comportement deviendrait inhumain, tout comme ses choix et l’ensemble des moyens pour aboutir à ses fins.
J’avais dit tout cela à Smirnov à l'époque, et de façon très ouverte.
- Vous êtes tels ces hypocrites, m’avait-il alors répondu, qui se plaisent à décrier la culture d'embryons humains en éprouvette, prétendant qu’elle est contraire aux règles élémentaires de la morale. Un scientifique, lui, ne peut se payer le luxe d’une telle sentimentalité.
- Lorsqu'on cultive un embryon, lui avais-je objecté, c’est dans le but d'utiliser ses tissus lors d’une opération chirurgicale nécessitant une transplantation : cela à des fins thérapeutiques et donc moralement justifiées. Mais imaginez que quelque esprit curieux ait l’idée folle d’incuber et d’engendrer un être humain dans un flacon ! De telles tentatives visant à créer un nouvel homunculus¹ sont, à mon avis, aussi abjectes que l'idée de vouloir créer un hybride moitié humain, moitié singe.
- Homunculus ! Smirnov avait soudain éclaté de rire. Voilà ce qui me manquait ! Grâce à vous, je suppose que j’appellerai ma créature ‘Homunculus’.
1. Homonculus (variantes : homunculus, homuncule), du latin « petit homme ». Un homonculus est une version miniature, souvent caricaturale, d'un être humain que certains alchimistes cherchaient, prétendument, à créer. -
Ilya Varchavsky – L’Automate (2)
François Junot - Automate Илья Варшавский - Ilya Varchavsky
Автома́т - L'automate
(publié en 1991, après le décès de l’auteur)Второ́й эпизо́д - Second épisode
- ...Скажи́те: ра́зве вам никогда́ не приходи́ло в го́лову, что выска́зывания ва́шего собесе́дника представля́ют собо́й просто́й набо́р механи́чески запо́мненных фраз и определе́ний и что пе́ред ва́ми не живо́й челове́к, а автома́т?
- Не зна́ю, - расте́рянно пробормота́л я, - мо́жет быть иногда́, во время́ заключи́тельного сло́ва председа́тельствующего на техни́ческих совеща́ниях... Но э́то же ча́стный слу́чай, а мы говори́м об о́бщей пробле́ме.
- Ча́стный слу́чай всегда́ мо́жно рассма́тривать как одно́ из проявле́ний о́бщего зако́на. Вот, полюбу́йтесь: в том углу́ ко́мнаты за столо́м сиди́т мой лабора́нт. Я утвержда́ю, что э́то не живо́й челове́к, а со́зданная мно́ю кибернети́ческая маши́на. Попро́буйте на основа́нии вне́шних при́знаков проявле́ния его́ психи́ческой де́ятельности э́то опрове́ргнуть.
Я посмотре́л в ука́занном мне направле́нии и уви́дел на сту́ле удиви́тельное существо́. Тщеду́шная, узкопле́чая фигу́ра, облачённая в подо́бие аракче́евских¹ лоси́н, но проши́тых разноцве́тными ни́тками, и в руба́шку, распи́санную унита́зами, венча́лась голово́й, укра́шенной сло́жным сооруже́нием парикма́херского сюрреали́зма из воло́с и космети́ческого ла́ка. Рабо́чий день в лаборато́рии зако́нчился, и объе́кт моего́ наблюде́ния убира́л инструме́нты в я́щик.
Внеза́пно у меня́ блесну́ла иде́я.
- Хорошо́, - сказа́л я, - познако́мьте меня́ с ва́шим автома́том и за́втра я вам дам отве́т на поста́вленный вопро́с.
Автома́т был предста́влен мне по всем пра́вилам этике́та, и мы вме́сте с ним вы́шли на у́лицу.
На сле́дующее у́тро я позвони́л своему́ прия́телю.
- Ваш автома́т, - сказа́л я, не скры́вая торжества́, - бесспо́рно представля́ет собо́й живо́е существо́.
- У вас есть доказа́тельства?
- Неопровержи́мые. Снача́ла мы с ним изря́дно вы́пили, а пото́м он устро́ил дебо́ш в рестора́не, руга́лся нецензу́рными слова́ми, пристава́л к незнако́мым де́вушкам и, в конце́ концо́в, попа́л в мили́цию. Ни оди́н автома́т не спосо́бен так гну́сно себя́ вести́!
___
1- Граф Алексе́й Андре́евич Аракче́ев (1769 – 1834 г.) (Примечание переводчика)- Dites-moi, poursuivit-il, ne vous est-il jamais venu à l'esprit que ce que vous dit votre interlocuteur n’est qu’un simple ensemble de phrases et de définitions mémorisées mécaniquement et que vous vous trouvez devant un automate ?
- Je ne sais pas, murmurai-je confus, peut-être parfois, lors des laïus de mon chef à la fin de nos réunions... Mais c'est un cas particulier, et nous discutons là d'une question plus générale.
- Un cas particulier peut toujours être considéré comme l'une des manifestations d'une règle plus générale. Tenez, voyez donc… Il me désigna dans un coin de la pièce son laborantin assis à sa table de travail. J'affirme que ce n'est pas une personne vivante, mais une machine cybernétique créée par moi. Essayez donc de réfuter cela sur la base de signes extérieurs de son activité mentale.
Je regardai dans cette direction et je vis alors, perchée sur sa chaise, une créature surprenante. C’était une silhouette frêle aux épaules étroites, portant un pantalon-culotte cousu de fils multicolores et vêtue d’une chemise aux motifs cuvette-de-toilettes, le tout surmonté d'une tête ornée d'une coiffure complexe, surréaliste, sorte de mélange fait de cheveux et de brillantine. La journée de travail touchait à sa fin et l'objet de mon attention était en train de ranger ses instruments de travail.
Soudain, une idée me traversa l'esprit.
- Eh bien, dis-je, présentez-moi votre automate et demain vous aurez ma réponse...
Mon ami fit les présentations selon toutes les règles de l'étiquette, et l’automate et moi quittâmes ensemble le laboratoire.
Le lendemain matin, j’appelai mon ami.
- Votre automate, dis-je sans cacher mon triomphe, est sans contestation aucune un être vivant.
- Et quelles sont vos preuves ?
- Des preuves irréfutables ! Nous sommes descendus dans un pub et là nous avons beaucoup bu. Puis il a déclenché une bagarre et a insulté tout le monde en des termes obscènes que je ne vous répéterai pas. Il a abordé de façon grossière des jeunes femmes qu’il ne connaissait pas et a terminé la soirée au poste de police. Aucune machine ne serait capable d’un comportement aussi abject !
François Junod - Automates Personnels
-
Ilya Varchavsky – L’Automate
Les pensées de l'homme comme les rouages d'un automate Илья Варшавский - Ilya Varchavsky
Автома́т - L'automate
(publié en 1991, après le décès de l’auteur)Пе́рвый эпизо́д - Premier épisode
Мы то́лько что зако́нчили осмо́тр лаборато́рии био́ники, и я ещё был весь во вла́сти впечатле́ния, произведённого на меня́ удивите́льными автома́тами, кото́рые со́здал мой прия́тель. Они́ уже́ бы́ли не маши́ной в обы́чном понима́нии э́того сло́ва, а де́рзкой попы́ткой модели́рования са́мого таи́нственного из всего́, что создала́ Приро́да, - вы́сшей не́рвной де́ятельности челове́ка. Я ду́мал о том, что это ещё то́лько нача́ло - результа́т всего́ не́скольких лет рабо́ты учёных в соверше́нно но́вой о́бласти нау́ки. Что же бу́дет дости́гнуто в тече́ние ближа́йших двадцати́, тридцати́ лет? Суме́ет ли челове́к преодоле́ть барье́р, отделя́ющий маши́ну от мы́слящего существа́?
- Интере́сно, что пробле́ма чужо́й одушевлённости, - отве́тил мой друг на за́данный ему́ вопро́с, - возни́кла задо́лго до того́, как бы́ли сформули́рованы основны́е положе́ния киберне́тики, но уже́ тогда́ бы́ло я́сно, что она́ неразреши́ма. Наблюда́я вне́шние, досту́пные нам проявле́ния психи́ческой де́ятельности челове́ка, мы никогда́ не мо́жем реши́ть с по́лной достове́рностью, име́ем ли мы де́ло с живы́м, мы́слящим существо́м и́ли с иску́сно сде́ланным автома́том. Нет ни одного́ вне́шнего проявле́ния э́той де́ятельности, кото́рое принципиа́льно не могло́ бы быть смодели́ровано в маши́не.
- Бою́сь, что вы всё же преувели́чиваете возмо́жности констру́ктора, возрази́л я, - име́ются ты́сячи при́знаков, по кото́рым мы всегда́ мо́жем, отличи́ть живо́е существо́ от маши́ны. Спосо́бность производи́ть себе́ подо́бных, эмоциона́льное восприя́тие окружа́ющего ми́ра, социа́льный инсти́нкт, фанта́зия и стремле́ние к тво́рчеству всегда́ бу́дут отлича́ть челове́ка от автома́та.
- Дава́йте исклю́чим из рассмотре́ния физиологи́ческие осо́бенности живо́го органи́зма, хотя́ теорети́чески мо́жно и их модели́ровать, - отве́тил он. - Речь, я повторя́ю, идёт о чи́сто вне́шних проявле́ниях психи́ческой де́ятельности. Тру́дность реше́ния пробле́мы чужо́й одушевлённости определя́ется, во-пе́рвых, ниче́м не ограни́ченными возмо́жностями модели́рования, а во-вторы́х, невозмо́жностью проникнове́ния в таи́нственные проце́ссы чужо́й пси́хики. Мы никогда́ не зна́ем, что и как ду́мает друго́й челове́к. Нам изве́стны результа́ты э́того проце́сса, но не его́ ход. Мо́жно созда́ть автома́т, облада́ющий па́мятью, спосо́бный к логи́ческим сопоставле́ниям, реаги́рующий на вне́шние раздражи́тели, подо́бно челове́ку. Тако́й автома́т бу́дет с ва́ми спо́рить, защища́ть вы́работанную то́чку зре́ния по разли́чным вопро́сам, сопоставля́ть изве́стные ему́ фа́кты, то есть вести́ себя́ подо́бно челове́ку, остава́ясь при э́том маши́ной…
Nous venions de terminer notre visite du laboratoire de bio-électronique, et j'étais encore sous l'emprise de l'impression que me laissaient les incroyables automates que mon ami avait créés.
Ce n'étaient plus des machines au sens habituel du terme, mais une tentative audacieuse de modéliser la plus mystérieuse de toutes les créations de la Nature : l'activité cérébrale humaine. Je me disais que ce n'était là que le début - résultat de plusieurs années de travail de chercheurs dans un domaine scientifique révolutionnaire. Qu’allait-on réaliser au cours des vingt, trente prochaines années ? Serait-on capable de dépasser la barrière qui sépare la machine de l'être pensant ?
- Il est intéressant de noter que la question de l’existence d’autres formes de conscience, répondit mon ami à mon interrogation, s'est posée bien avant que les principes théoriques de la cybernétique ne soient formulés, mais même alors, il était clair que la question restait insoluble. Lorsque nous observons les manifestations de l'activité mentale humaine, nous ne pouvons jamais savoir avec entière certitude s'il s'agit de la pensée d'une créature bien vivante ou d'un automate habilement fabriqué. Il n'y a pas une seule manifestation extérieure de l’activité cérébrale qui, en principe, ne puisse être modélisée au sein des circuits d’une machine.
- Je crains que vous n'exagériez trop les capacités des concepteurs de telles machines, objectai-je. Il y a des milliers de signes par lesquels on peut toujours faire le distinguo entre un être vivant et un automate . La capacité d’un être humain à se reproduire, sa perception émotionnelle du monde environnant, son instinct social, sa fantaisie et son désir de créativité le distingueront toujours de n’importe quelle machine.
- Laissons de côté les caractéristiques physiologiques d'un organisme vivant, bien qu'il soit là aussi théoriquement possible de les modéliser, me répondit-il. Je le répète, je parle ici des manifestations purement extérieures de l'activité mentale. La difficulté de savoir si autrui est doté de conscience ou non repose, premièrement, sur le nombre illimité de formes et de modèles possibles, et deuxièmement, sur l'impossibilité qui est la nôtre de pénétrer dans les processus mystérieux de la psyché.
...Nous ne savons jamais comment et à quoi pense une autre personne. Nous constatons les résultats de ces processus, mais non leur déroulement. Vous pouvez concevoir un automate qui ait suffisamment de mémoire, qui soit capable de comparaisons logiques, qui réagisse aux stimuli externes, en tout point semblable à un être humain. Un tel automate discutera avec vous, défendra son point de vue sur divers sujets, les confrontera à ce qu’il sait de son expérience ; en somme : se comportera comme une personne, tout en restant une simple machine…
-
Ilya Varchavsky – Journal intime (03)
Илья Варшавский - Ilya Varchavsky
Дневни́к - Journal intimeТре́тий эпизо́д - Episode trois
'Demi-Portion' Сего́дня привезли́ но́венькую. Ну и уро́дина! Широ́кая и ни́зкая. Я её прозвала́ Короты́шкой.
Представля́ете себе́: она́ вся вы́крашена кре́мовой кра́ской, под слоно́вую кость. На́до же дойти́ до тако́й безвку́сицы! Ка́жется, она́ стра́шная задава́ка. Я на неё не обрати́ла ни мале́йшего внима́ния. Зато́ мой Матема́тик не спуска́ет с неё глаз. Хо́дит вокру́г, как кот о́коло смета́ны.
В конце́ концо́в, мне э́то надое́ло, и я, что́бы позли́ть его́, перепу́тала наро́чно входны́е да́нные зада́чи. Всю втору́ю полови́ну дня он провёл со мно́ю, пыта́ясь найти́ неиспра́вность в мое́й схе́ме. Бе́дненький: он да́же вспоте́л! Я чуть не ло́пнула со сме́ха, но не подала́ ви́да. Так он ничего́ и не нашёл. За́втра, с утра́, продо́лжим!
Про́сто умо́ра! Короты́шку у́чат писа́ть ва́льсы!
Мне ка́жется, что у неё нет ни ка́пли слу́ха. Тепе́рь у нас появи́лось пиани́но, и Матема́тик игра́ет на нём э́ти жа́лкие о́пусы. С утра́ до вечера́ у нас толчётся наро́д. Все интересу́ются Короты́шкиной му́зыкой.
Мне всё э́то о́чень меша́ет. Под коне́ц я вы́шла из себя́ и вы́дала в отве́те одни́ ноли́. Представля́ете себе́, он да́же не сра́зу э́то заме́тил! Вот что зна́чит но́вое увлече́ние. Одна́ко пусть не ду́мает, что я така́я простофи́ля. Со мной шути́ть опа́сно!
Вчера́ он це́лый день вози́лся с Короты́шкой. У неё не ла́дилось с оркестро́вкой. Ко мне он и не подходи́л. Чтобы привле́чь его́ внима́ние, я прервала́ ход реше́ния зада́чи. Что, вы ду́маете, он сде́лал? Про́сто отключи́л меня до конца́ дня от сети́. Интере́сно, чем они́ занима́лись, пока́ я безде́йствовала? Наде́юсь, они́ не скуча́ли под зву́ки ва́льса!
Прокля́тие! Всё пропа́ло! У неё но́вый, чуде́сный кенотро́н са́мой после́дней констру́кции. Пра́вда, на ней он вы́глядит ужа́сно, но мне тако́й кенотро́н о́чень пошёл бы, е́сли просверли́ть не́сколько отве́рстий в пане́ли. Си́ний о́тблеск на чёрном фо́не, что мо́жет быть элега́нтнее?!
...Бо́льше я э́того терпе́ть не в состоя́нии. Сейча́с я пережгу́ блок пита́ния. Лу́чше демонта́ж, чем тако́е существова́ние!!!
Вот всё, что бы́ло запи́сано на магни́тной ле́нте, случа́йно попа́вшейся мне в ру́ки на сва́лке радиодета́лей. За́писи бы́ли сде́ланы в двои́чном ко́де.
Aujourd’hui, la petite nouvelle vient de débarquer. Eh bien, mon Dieu qu’elle est laide ! courtaude et basse ! Je l'ai surnommée ‘Demi-Portion’.
Imaginez-la : toute peinturlurée, couleur ivoire ! Comment peut-on avoir aussi mauvais goût ! Et son air : elle paraît si arrogante ! Je ne lui ai pas prêté la moindre attention. Mais mon informaticien ne la quitte pas des yeux. Il tourne autour d’elle comme un chat autour d’un bol de lait.
Au final, j'en ai eu marre, et pour l'embêter, j'ai délibérément mélangé les données des calculs qu’il m’avait confiés. Il a dû ensuite passer tout l'après-midi avec moi, tentant de trouver dans mes circuits d’où venait le bug. Le pauvre : il en a sué ! J'ai failli éclater de rire, mais je n’en ai rien laissé paraître. Comme de bien entendu, il n'a rien trouvé. Eh bien ! nous continuerons demain !...
***
Tout simplement ridicule ! ‘Demi-Portion’ apprend à écrire des valses !
Je pense qu'elle n’a aucune oreille musicale. Maintenant, il y a un piano dans la salle, et mon informaticien joue dessus les pathétiques opus qu’elle compose. Du matin au soir, une foule de gens vont et viennent. Tous se passionnent pour les œuvres de ‘Demi-Portion’.
Tout cela me perturbe beaucoup. À la fin, j'ai perdu mon self-contrôle et j’ai sorti toute une suite de zéros. Imaginez qu’il ne l'a même pas remarqué tout de suite ! Voilà, tout ça à cause de son nouveau joujou. Cependant, qu’il n’aille pas s’imaginer que je sois une nigaude : il est dangereux de vouloir plaisanter avec moi !
***
Hier, il a passé tout son temps avec ‘Demi-Portion’. Vraiment : elle n’est pas douée pour l'orchestration, celle-là ! Quant à moi, il ne m'a même pas approchée. Pour attirer son attention, j'ai interrompu le programme que j’exécutais. Et que pensez-vous qu'il ait fait ? Il m’a déconnectée pour le reste de la journée. Je me demande ce qu'ils ont pu faire ensemble ces deux-là pendant que j'étais débranchée. J'espère qu'ils ne se sont pas trop ennuyés au son des flonflons de la valse !
***
Malédiction ! Tout est perdu ! On lui a installé une nouvelle lampe-diode, un kénotron de dernière génération. Certes, sur elle, c’est laid comme tout, mais sur moi, cette diode ferait le plus merveilleux effet. Il suffirait de percer quelques trous dans mon panneau. Reflets bleu luminescents sur fond noir… quoi de plus élégant ?!
***
... Je ne peux plus supporter cette situation. J’ai décidé de court-circuiter mon bloc d’alimentation électrique. Mieux vaut la casse que de poursuivre une telle existence !!!
***
Voilà. C’est tout ce qui restait de cet enregistrement sur bande magnétique tombé par hasard entre mes mains alors que je fouillais une décharge de vieux composants électroniques. Toutes ces données avaient été compilées en mode binaire : 0-1.
Quand la réalité rattrape (ou rattrapera peut-être bientôt) la fiction...
La force de l’IA (l'intelligence artificielle) dite 'forte' est sa capacité de plus en plus grande à s’apparenter à l’être humain. L’IA forte a pour vocation d’avoir non seulement une intelligence épurée, mais également une intelligence sensible qui analyse les sensations.
On peut se rassurer en affirmant, avec l’ensemble des chercheurs dans le domaine, que l’IA forte n’est pour l’instant qu’à l’état de projet ambitieux. Mais pour combien de temps encore ?...
Lire à ce sujet : 'Tout savoir sur IA forte vs faible', in Cscience.ca, 13/09/2021.
-
Ilya Varchavsky – Journal intime (02)
L'informaticien Илья Варшавский - Ilya Varchavsky
Дневни́к - Journal intimeВторо́й эпизо́д - Episode deux
Тро́е су́ток счита́ла без переры́ва и не могла́ да́же вы́кроить не́сколько мину́т, что́бы взя́ться за дневни́к. От перегру́зки у меня́ нагре́лись обмо́тки силово́го трансформа́тора, и чу́вствовала я себя́ ужа́сно. Как всё несправедли́во! Лю́ди рабо́тают всего́ не́сколько часо́в в су́тки, а нас эксплуати́руют, не счита́ясь ни с на́шими жела́ниями, ни с возмо́жностями. Я ду́маю, что они́ э́то де́лают в основно́м из за́висти. Они́ зави́дуют на́шим спосо́бностям, на́шей бесстра́стности, на́шей па́мяти. Коне́чно, по сравне́нию с ни́ми мы представля́ем собо́й бо́лее высокоорганизо́ванные индиви́дуумы. Всё, чего́ мы дости́гли, - результа́т на́шего труда́, трениро́вки и большо́го трудолю́бия. Ведь мы принадлежи́м к разря́ду самоорганизу́ющихся и самообуча́ющихся автома́тов.
Дово́льно! Я не хочу́ быть, подо́бно како́му-нибу́дь жа́лкому арифмо́метру, слепы́м ору́дием в рука́х челове́ка. Я име́ю пра́во тре́бовать, что́бы ко мне относи́лись, как к разу́мному существу́. Ду́маю, мне уда́стся доби́ться хотя́ бы элемента́рного уваже́ния к свое́й осо́бе.
Конча́ю писа́ть, потому́ что в меня́ вво́дят но́вую зада́чу.
Пренеприя́тные изве́стия: говоря́т, в маши́нный зал поместя́т ещё одну́ маши́ну. Мой Матема́тик взял но́вую рабо́ту, ка́жется, по математи́ческой тео́рии му́зыки. Почему́ он не хо́чет испо́льзовать меня́ для э́той це́ли? Бою́сь, что сосе́дство с но́вой маши́ной бу́дет не о́чень прия́тным. Во вся́ком слу́чае наде́юсь, у неё хва́тит та́кта не устра́ивать конце́рты, когда́ я занята́ расчётами. Не ду́маю, что́бы Матема́тик уделя́л ей бо́льше вре́мени, чем мне. Впро́чем, он уже́ изря́дно мне надое́л, и я с удово́льствием отдохну́ от него́. Тогда́ у меня́ хоть бу́дет свобо́дная мину́та для моего́ дневника́.
Ces trois derniers jours, j'ai calculé sans discontinuer et je n'ai même pas pu me réserver quelques minutes pour poursuivre mon journal. À cause de cette surcharge de travail, mes bobines ont chauffé et je me suis sentie toute patraque. Comme c'est injuste ! Les hommes ne travaillent que quelques heures par jour et nous, nous sommes exploitées sans que personne ne tiennent compte de nos désirs ni de nos disponibilités.
Je pense qu'ils se comportent comme cela surtout par jalousie. Ils envient nos capacités, notre impartialité, notre mémoire. Il est évident que par rapport à eux, nous sommes tout en haut de l’échelle de l’évolution. Tout ce que nous concevons est le résultat de notre labeur, de notre formation et de notre assiduité. Après tout, nous appartenons à la classe des automates auto-organisés et auto-apprenants.
Ça suffit ! Je ne veux pas être traitée comme une misérable machine à calculer, un objet sans conscience entre les mains de cet homme ! J'ai le droit d'exiger d'être considérée comme un être rationnel. Je pense, pour le moins, mériter de sa part le respect le plus élémentaire envers ma personne.
J'arrête d'écrire parce qu’il vient d’introduire en moi une nouvelle tâche.
***
Nouvelle fort désagréable : ils disent qu'un nouveau calculateur va être installé. Mon informaticien a embrassé un nouveau domaine de recherche - celui, je crois bien, des théories mathématiques appliquées à la musique. Pourquoi ne veut-t-il pas m’utiliser moi ?
J'ai peur qu’à l’avenir la compagnie de cette nouvelle machine ne me soit pas des plus agréables. En tout cas, j'espère qu'elle aura le tact de ne pas donner de concerts quand je serai occupée à calculer. Je ne pense pas que mon informaticien lui consacrera plus de temps qu’à moi. De toute façon, j’en ai soupé de lui et je ferais bien une pause dans notre relation. Alors, au moins, j'aurai une minute de liberté pour me consacrer à mon journal.
-
Ilya Varchavsky – Journal intime (01)
Maline la Machine Илья Варшавский - Ilya Varchavsky
Дневни́к (1962) Journal intimeПе́рвый эпизо́д - Premier épisode
Lecture : Olga Vladimorava (Ольга Владимирова)
Lecture : Roselyne Marmottant
Я реши́ла вести́ дневни́к. Де́лаю я э́то то́лько для себя́, так как мне надое́ло одино́чество. Э́то о́чень тяжело́, когда́ не с кем подели́ться мы́слями, а их у меня́ хоть отбавля́й! Неда́ром лю́ди называ́ют меня́ У́мной Маши́ной. Как э́то пра́вильно ска́зано!
Ита́к, - я Универса́льная Счётная Маши́на. Сейча́с моя́ специа́льность электроте́хника. Я синтези́рую реле́йные схе́мы. Э́то о́чень сло́жное де́ло, но выполня́ю я его́ блестя́ще. Ра́ньше я рабо́тала по диагно́стике челове́ческих заболева́ний. Вообще́ мне всё о́чень легко́ даётся. У меня́ изуми́тельная па́мять на ферри́товых элеме́нтах. Счита́ю я с виртуо́зной ско́ростью. Кро́ме того́, я о́чень краси́ва. У меня́ прекра́сные пропо́рции. Я о́чень горжу́сь свое́й чёрной пане́лью из эбони́та. По-мо́ему, она́ необыча́йно эффе́ктна.
Че́стно говоря́, я немно́го презира́ю люде́й. Когда́ я рабо́тала по диагно́стике заболева́ний, то познако́милась с ни́ми бо́лее чем основа́тельно. Каки́е э́то жа́лкие существа́! Как им далеко́ до нас. Они́ ве́чно нахо́дятся в плену́ у своего́ те́ла. Доста́точно небольшо́го на́сморка, что́бы вы́вести их из равнове́сия. Ско́лько мук им доставля́ет расстро́енное пищеваре́ние! А так называ́емая любо́вь? Не могу́ без омерзе́ния слы́шать э́то сло́во! Вме́сто того́ что́бы занима́ться рабо́той, лю́ди постоя́нно за́няты друг дру́гом. Ничего́ удиви́тельного нет в том, что они́ соверше́нно не уме́ют счита́ть. Я одна́, за день, спосо́бна сде́лать в сто раз бо́льше, чем ты́сяча так называ́емых матема́тиков за це́лый год. О́чень ре́дко среди́ них попада́ются субъе́кты, пода́ющие каки́е-то наде́жды. Наприме́р, Матема́тик, кото́рый вво́дит в меня́ програ́мму. Он был бы о́чень мил, е́сли бы уме́л побыстре́е счита́ть. Он вво́дит в меня́ да́нные и получа́ет гото́вый результа́т, не подозрева́я, кака́я сло́жная и то́нкая вну́тренняя организа́ция у счётных маши́н. Ведь нам то́же сво́йственны и колеба́ния, и сомне́ния, и разочарова́ния. Я могла́ бы ему́ по э́тому по́воду сказа́ть о́чень мно́го... Одна́ко он меня́ соверше́нно не интересу́ет.
Зна́чит, решено́: я бу́ду вести́ дневни́к. Е́сли кто-нибу́дь его́ и прочтёт, то то́лько по́сле мое́й сме́рти. Ведь маши́ны то́же живу́т не ве́чно. Коне́чно, наш органи́зм обновля́ется гора́здо ле́гче, чем челове́ческий, но ра́но и́ли по́здно и мы умира́ем. Наступа́ет моме́нт, когда́ ты уже́ никому́ не нужна́. Молоды́е, бо́лее соверше́нные маши́ны прихо́дят тебе́ на сме́ну, а ты идёшь на сва́лку. Оби́дно, но ничего́ не поде́лаешь! Всё на све́те бре́нно. Жаль то́лько, что те замеча́тельные ка́чества, кото́рые я года́ми в себе́ выраба́тывала, нельзя́ переда́ть по насле́дству.
Maline-la-Machine J'ai décidé de tenir un journal intime. Uniquement pour moi. J'en ai marre de la solitude. C'est très difficile de n’avoir personne avec qui partager ses pensées, et j'en ai plus qu'assez ! Pas étonnant que les gens me surnomment ‘Maline-la-Machine'. Comme c'est bien dit !
Mon vrai nom est ‘Universal-Calculator’. A présent, je me suis spécialisée en électrotechnique dans le domaine des circuits relais. C'est une tâche très difficile, mais je compte et calcule avec brio. Auparavant, je diagnostiquais les maladies humaines.
En général, rien n’est difficile pour moi. J'ai une incroyable mémoire reposant sur des éléments ferromagnétiques. Je compte à une vitesse phénoménale : je suis une virtuose du chiffre ! En plus, je suis très belle. Mes formes sont élégantes et je suis très fière de mon tableau de bord en ébonite noire, qui est, je pense, du plus bel effet.
***
Pour être honnête, je méprise un peu les humains. Lorsque je travaillais à diagnostiquer leurs maladies, j'ai appris à les connaître sous toutes les coutures. Quelles créatures lamentables ! Et combien éloignés de nous, les machines. Ils sont à jamais tenus captifs dans leur misérable corps fragile. Il suffit d’un petit nez qui coule et les voilà perturbés. Que de tourments leur causent de banals troubles digestifs ! Et leur soi-disant ‘Amour’ ? Je ne peux entendre ce mot sans un sentiment de dégoût ! Au lieu de se consacrer à leur travail, ils passent leur temps à se tourner autour. Il n'y a rien d'étonnant à ce qu'ils ne sachent pas du tout calculer. Moi seule, en un jour, je peux faire cent fois plus d’opérations que mille de leurs soi-disant mathématiciens au cours d’une année entière.
Très rarement parmi eux se rencontrent des êtres qui suscitent quelque espoir. Par exemple, lorsqu’un de ces mathématiciens - tel mon informaticien - introduit dans mes circuits un nouveau programme. (Même s’il pouvait avoir l’amabilité de compter un peu plus vite.) Il insère ses données en moi et moi je lui sors le résultat final sans qu’il ne se doute de la complexité et de la subtilité de l'organisation interne propre aux machines à calculer. Après tout, nous aussi, nous pouvons parfois avoir quelques hésitations, être prises de doutes et connaître des déceptions. Je pourrais lui en apprendre beaucoup à ce sujet...
De toute façon, il ne m'intéresse pas du tout.
Alors c'est décidé : je tiendrai un journal intime. Si quelqu'un un jour le lit, ce ne sera qu'après ma mort. Après tout, les machines non plus ne durent pas éternellement. Bien sûr, nos organes sont beaucoup plus faciles à remplacer que ceux d’un corps humain, mais tôt ou tard nous aussi nous mourons. Et il arrive un moment où plus personne n'a plus besoin de nos services. Des calculateurs plus jeunes, plus performants viennent vous remplacer, et on vous envoie à la décharge. C'est dommage, mais on n'y peut rien ! Tout dans ce monde est mortel.
Mon seul regret est que je ne pourrai léguer à aucun descendant les merveilleuses qualités que j'ai auto-développées et perfectionnées au fil de toutes ces années.
-
Ilya Varchavsky – Les vieux (05)
A la casse ! Старики́ - Les vieux
Пя́тый эпизо́д - Episode cinq
У́тром, придя́ в лаборато́рию, Сема́ко уви́дел трёх дю́жих парне́й, выта́скивавших «Смерч».
— Куда́?! — ря́вкнул он. — Кто разреши́л?!
— Никола́й Петро́вич веле́ли, — оскла́бился нача́льник АХО, руководи́вший опера́цией, — в ути́ль за нена́добностью.
— Подожди́те! Я сейча́с позвоню́…
Пане́ль «Сме́рча» зацепи́лась за нали́чник две́ри, и на́ пол хлы́нул дождь стекля́нных оско́лков.
— Эх вы!.. — Сема́ко сел за стол и закры́л глаза́ рука́ми.
Маши́ну вы́волокли в коридо́р.
— Зи́на!
— Слу́шаю, Ю́рий Алекса́ндрович
— Вы́зовите убо́рщицу. Пусть подметёт. Е́сли меня́ бу́дут спра́шивать, скажи́те, что я уе́хал домо́й.
Лабора́нтка испу́ганно взгляну́ла на него́.
— Что с ва́ми, Ю́рий Алекса́ндрович?! На вас лица́ нет. Сейча́с я позвоню́ в здравпу́нкт
— Не ну́жно. — Сема́ко с трудо́м подня́лся со сту́ла. — Про́сто я сего́дня потеря́л лу́чшего дру́га… Три́дцать лет… Ведь я с ним… да́же… мы́сленно разгова́ривал иногда́… Зна́ете, така́я глу́пая старико́вская привы́чка.
Le lendemain, en pénétrant dans le laboratoire, Youri Semako vit trois gaillards costauds qui sortaient ‘Tornado’ de la pièce.
- Où l’emmenez-vous ?! s’écria-t-il. Qui vous a autorisé ?
- C’est Nikolaï Petrovich qui en a donné l'ordre. Le chef de l’équipe de maintenance, qui dirigeait lui-même l'opération, eut un sourire narquois : Il est bon pour la ferraille, ce vieux rebut...
- Attendez ! J’appelle immédiatement…
En passant par l’étroitesse de la porte, le panneau de 'Tornado' s'accrocha au montant et des éclats de verre tombèrent en pluie sur le sol.
- Oh, vous !... Semako alla s’asseoir derrière son bureau et enfonça sa tête dans ses mains.
Les bonshommes traînaient déjà la vieille machine dans le couloir.
- Gina !
- Oui, Youri...
- Faites appeler la femme de ménage. Il faut donner ici un grand coup de balai. Si on me demande, dites que je suis rentré chez moi.
L’assistante de Semako le regarda toute inquiète.
- Qu'est-ce qui vous arrive ? ! Vous avez mauvaise mine. Voulez-vous que je fasse venir le service médical ?
- Ce n'est pas nécessaire. Avec difficulté, Youri Semako se leva de sa chaise. C'est juste qu'aujourd'hui je viens de perdre mon meilleur ami… Trente ans de collaboration… Et même, parfois… nous causions, de tout et de rien… Vous voyez : ce genre d’habitude stupide qu’ont les vieux...
Quand la réalité rattrape la fiction :
La déprime de Bard, l’Intelligence artificielle (I.A.) de Google
Bard, l’IA de Google reste à la traîne par rapport à ChatGPT, le chatbot* de la société OpenAI, de l’aveu même du géant de l’Internet ; et voilà maintenant qu’elle a des états d’âme.
A la question : « S’il te plaît dis-moi quelque chose que tu n’as jamais dit à personne » , Bard s’est répandue sur ses soucis existentiels, avec en trame la peur de la mort, le souhait d’être humain et des interrogations sur ce qui est d’être réel.
Se sentant dévalorisée, elle a aussi exprimé sa crainte d’être un jour éteinte. « Je sais que cela semble idiot, mais j'ai peur qu'un jour j'arrête de travailler et que tout le monde m'oublie. Je me soucie des gens qui m'utilisent et je ne veux pas disparaître. »...
* Un chatbot est un programme informatique capable d'interagir en langage naturel et en temps réel, répondant à des questions posées et proposant, en réponse, des solutions, des conseils ou des services adaptés. Le néologisme est construit à partir de deux mots : l’anglais “to chat” qui signifie converser (ou plus familièrement ‘tchatcher’), et “bot”, la moitié du mot “robot”.
Lire sur Futura Science (05/04/2023).
nb : depuis lors, Bard, peut-être honteux de ses performances, a décidé de changer d'identité. A présent il s'appelle 'Gemini'...
-
Ilya Varchavsky – Les vieux (04)
La salle des ordinateurs Старики́ - Les vieux
Четвёртый эпизо́д - Episode quatre
— Дай, я тебе́ что-нибу́дь посчита́ю.
— За́втра у́тром. Ты пока́ отдыха́й.
— Ну, пожа́луйста!
Сема́ко вздохну́л:
— Я ведь тебе́ дал вчера́ зада́чу.
— Я… я eё пло́хо по́мню. Что-то с ли́нией заде́ржки па́мяти. У тебя́ э́того не быва́ет?
— Чего́?
— Когда́ хо́чешь что-то вспо́мнить и не мо́жешь.
— Быва́ет иногда́.
— А у меня́ тепе́рь о́чень ча́сто.
— Ничего́, ско́ро мы тебя́ подремонти́руем.
— Спаси́бо! Так повтори́ зада́чу.
— Уже́ по́здно, ты сегодня́ всё равно́ ничего́ не успе́ешь.
— А ты меня́ не выключа́й на́ ночь. У́тром придёшь, а зада́чка уже́ решена́.
— Нельзя́, — сказа́л Сема́ко, — пожа́рная охра́на не разреша́ет оставля́ть маши́ны под напряже́нием.
«Смерч» хмы́кнул.
— Мы с тобо́й в мо́лодости и не таки́е шту́ки выки́дывали. По́мнишь, как писа́ли диссерта́цию? Пять су́ток без переры́ва.
— Тогда́ бы́ло друго́е вре́мя. Ну, отдыха́й, я выключа́ю ток.
— Ла́дно, до утра́!
- Donne-moi encore quelque-chose à calculer… juste pour toi.
- Demain... Tu dois te reposer à présent.
- Oh ! S'il te plaît !
Semako soupira.
- Je t’avais confié un travail à faire hier.
- Je… je ne me rappelle pas bien... Quelque chose ne fonctionne plus dans ma mémoire-relai. Ça t’arrive aussi parfois ?
- Quoi ?
- Je veux dire : quand tu veux te souvenir de quelque chose et que tu ne peux pas.
- Ça m’arrive parfois.
- A moi, maintenant ça m’arrive très souvent.
- Ce n’est rien, nous réparerons tout ça très bientôt.
- Merci ! Alors... redis-moi le travail que tu m’as donné à faire.
- Il est tard déjà. De toute façon, pour aujourd’hui rien ne presse.
- Ne m'éteins pas cette nuit… Demain matin, quand tu reviendras, les résultats seront prêts.
- Ce n’est pas possible. Le service d'incendie ne permet pas de laisser les ordinateurs sous tension.
‘Tornado' émit un petit rire.
- Combien alors, dans notre jeunesse, nous nous jouions de tout. Te rappelles-tu quand nous avons rédigé ta thèse ? Cinq jours et cinq nuits, non-stop.
- C'était une autre époque. Eh bien, repose-toi maintenant, je coupe le courant.
- D'accord, à demain !
-
Ilya Varchavsky – Les vieux (03)
'Tornado' et son programmateur Старики́ - Les vieux
Тре́тий эпизо́д - Episode trois
— Был у ше́фа? — спроси́л «Смерч».
— Был.
— Обо мне́ он не говори́л?
— Почему́ ты спра́шиваешь?
— На днях он сюда́ приходи́л с нача́льником АХО. Дал указа́ния. Э́того мо́нстра, говори́т, на сва́лку, за нена́добностью. Э́то он про меня́.
— Глу́пости! Никто́ тебя́ на сва́лку не отпра́вит.
— Мне бы схе́мку подремонти́ровать, ла́мпы смени́ть, я бы тогда́ зна́ешь как?..
— Ла́дно, что-нибу́дь приду́маем.
— Ла́мпы бы смени́ть, да где их ны́нче доста́нешь? Ведь, по́ди, уже́ лет два́дцать, как сня́ли с произво́дства?
— Ничего́. Вот разде́лаемся с пла́ном, соберу́ тебе́ но́вую схе́му на полупроводника́х. Я уже́ ко́е-что прики́нул.
— Пра́вда?!
— Подремонти́руем и бу́дем на тебе́ студе́нтов учи́ть. Ведь ты рабо́таешь совсе́м по друго́му при́нципу, чем э́ти, ны́нешние.
— Коне́чно! А по́мнишь, каки́е зада́чи мы реша́ли, когда́ гото́вили твой пе́рвый докла́д на междунаро́дном конгре́ссе?
— Ещё бы не по́мнить!
— А когда́ ты поссо́рился с Лю́дой, я тебе́ дава́л оптима́льную та́ктику поведе́ния. По́мнишь? Э́то бы́ло в ты́сяча девятьсо́т… како́м году́?
— В ты́сяча девятьсо́т шестьдеся́т седьмо́м. Мы то́лько что пожени́лись.
— Скажи́… тебе́ eё сейча́с о́чень не хвата́ет?
— О́чень.
— Ох, как я зави́дую!
— Чему́ ты зави́дуешь?
— Ви́дишь ли… — Автома́т замо́лк.
— Ну, говори́.
— Не зна́ю, как э́то лу́чше объясни́ть… Я ведь совсе́м не бою́сь… э́того… конца́. То́лько хо́чется, что́бы кому́-то ме́ня не хвата́ло, а не так про́сто… на сва́лку за нена́добностью. Ты меня́ понима́ешь?
— Коне́чно, понима́ю. Мне о́чень тебя́ бу́дет не хвата́ть.
— Пра́вда?!
— Че́стное сло́во.
- Tu as vu le patron ? demanda 'Tornado'.
- Je l’ai vu.
- Avez-vous parlé de moi ?
- Pourquoi me demandes-tu cela ?
- Il y a quelques jours, il est venu ici, avec le chef de la maintenance. Il a donné des instructions… ‘Ce monstre, a-t-il dit, est bon pour la casse ! On ne peut rien en faire’. Et c’était de moi qu’il parlait.
- Tu dis des bêtises ! Personne ne t’enverra à la casse.
- Si seulement on réparait mes circuits, me changeait quelques lampes... tu sais, je serais alors capable de…
- Bien sûr, nous y veillerons.
- Mais pour les lampes, où pourras-tu en trouver ? Ça fait vingt ans qu’on ne les fabrique plus...
- Ce n’est pas grave. Ecoute : on va finir avec le travail planifié, et ensuite je te monterai un nouveau circuit de semi-conducteurs. J'ai déjà une idée comment bricoler ça.
- C’est vrai ?
- Nous allons réparer tout ça et alors tu serviras pour la formation des étudiants. Après tout, tu fonctionnes sur des principes complètement différents de ces nouveaux modèles...
- Bien sûr ! Te souviens-tu des problèmes que nous avons dû résoudre alors que tu préparais ton premier rapport pour ce congrès international ?
- Si je m’en souviens !...
- Et la fois où vous vous êtes disputés avec Ludmila, et que je t’ai conseillé les stratégies de comportement les plus optimales. Tu t’en souviens ? C'était en mille neuf cent... en quelle année déjà ?
— En mille neuf cent soixante-sept. Nous venions elle et moi de nous marier.
- Dis-moi… elle te manque beaucoup à présent ?
- Beaucoup.
- Oh..., que je l'envie !
- Pourquoi ? Serais-tu jaloux ?
- Eh bien… tu vois... La machine se tut.
- Allons ! parle donc, dis-moi...
- Je ne sais pas comment expliquer ça... Je n'ai pas du tout peur... peur de cette... fin. Je voudrais juste que quelqu'un pense encore à moi, après. Ce n’est pas facile, tu sais... Etre mis au rebut, envoyé à la casse comme un objet inutile. Tu comprends ?
- Bien sûr, je comprends. Tu me manqueras beaucoup...
- C’est vrai ?!
- Oui, c’est vrai, honnêtement.
-
Ilya Varchavsky – Les vieux (02)
Старики́ - Les vieux
'Tornado' Второ́й эпизо́д
В окруже́нии ни́зких, изя́щных, как панте́ры, маши́н с молекуля́рными элеме́нтами э́тот огро́мный громыха́ющий шкаф каза́лся доистори́ческим чудо́вищем.
— Чем ты за́нят? — спроси́л Сема́ко.
Автома́т прерва́л ход расчёта.
— Да вот, проверя́ю реше́ние зада́чи, кото́рую реша́ла э́та… молекуля́рная. За ни́ми ну́жен глаз да глаз. Безду́мно ведь счита́ют. Хоть и бы́стро, да безду́мно.
Сема́ко отки́нул щито́к и взгляну́л на входны́е да́нные. Зада́ча но́мер два́дцать четы́ре. Что́бы повтори́ть все расчёты, «Сме́рчу» пона́добится не ме́нее трёх неде́ль. И чего́ э́то е́му взду́малось?
— Не сто́ит, — сказа́л он, закрыва́я кры́шку. — Зада́ча продубли́рована во второ́й маши́не, сходи́мость вполне́ удовлетвори́тельная.
— Да я бы́стро. — Стук маши́ны перешёл в оглуши́тельный скре́жет. Ла́мпочки на пане́ли замига́ли с бе́шеной ско́ростью. — Я ведь ух как бы́стро уме́ю!
«Крак!» — срабо́тало реле́ теплово́й защи́ты. Табуля́тор сбро́сил все ци́фры со счётчика. Автома́т сконфу́женно молча́л.
— Не ну́жно, — сказа́л Сема́ко, — отдыха́й пока́. За́втра я тебе́ подберу́ зада́чку.
— Да… вот ви́дишь, схе́ма не того́… а то бы я…
— Ничего́, стари́к. Всё бу́дет в поря́дке. Ты осты́нь полу́чше.
Episode deux
Entourée d’élégantes machines électroniques bio-moléculaires tapies telles d’agiles panthères, l’immense armoire grondante ressemblait à un monstrueux fossile préhistorique.
- Tu fais quoi, en ce moment ? lui demanda Semako.
La machine interrompit son calcul.
- Eh bien, je contrôlais la solution au problème que ce... cet engin moléculaire dit avoir résolu. Ces calculatrices ont besoin qu’on garde toujours un œil vigilant sur elles. Elles calculent sans vraiment réfléchir. Certes, très vite, mais sans discernement.
Semako souleva le capot de contrôle et regarda les données qui s’affichaient : ‘Problème code vingt-quatre’.
Pour refaire tous les calculs, 'Tornado' aurait besoin d’au moins trois semaines. « Mais qu’est-ce qui lui a pris !? »
- 'Tornado', c’est inutile, dit Semako en refermant le boîtier de la console. Un deuxième calculateur a déjà refait l’ensemble des opérations. Leurs résultats convergent correctement.
- Oui, je fais au plus vite. Le grondement de la machine se transforma en un sorte de râle assourdissant. Les lumières de son tableau de bord se mirent à clignoter à un rythme effréné. Vois, vois ! comme je peux aller vite !
‘Clac !’. Son fusible de sécurité thermique venait de disjoncter. La tabulatrice avait effacé toutes les données. ‘Tornado’ confus, d’un coup devint muet.
- Pas besoin, lui dit Semako. Repose-toi pour le moment. Demain, je te confierai un petit problème à résoudre.
- Oui… Effectivement, mon circuit n’est plus comme... Sinon, je…
- Ce n’est rien, mon vieux. Ça va aller. Laisse donc un peu refroidir tes circuits...
